Отчет по алиментам: парни не платят

Большинство алиментов довольно невысокие — до 500 злотых. Однако даже самые низкие суммы алиментов связаны с большими эмоциями. Есть способы выбросить эти эмоции на задворки сознания. И ставьте ребенка на первое место.

Это явная истина, но ее часто упускают из виду: ребенок считается основным существующим лицом в драме невыплаченных алиментов. Обычно вы можете лучше видеть то, что находится вокруг ребенка. Часто — поле боя. С одной стороны, должник по алиментам. В 96 процентах случаев это папа. С другой стороны, лицо, получившее право опеки над ребенком после раздельного проживания супругов. В множестве случаев — мать.

— В средствах массовой информации нас, борющихся за деньги для наших детей, изображают как истцов. Матери, живущие на алименты — рассказывает Катажина Татар, которая расположена по другую сторону данного вопроса. — Это бессвязное видение: как можно одновременно бороться за что-то, т.е. не получить это, и жить на это? — спрашивает риторически. Это парадокс, однако он воплощается в мощный стереотип. Настолько сильное, что в Польше даже в наше время широко популярен феномен согласия на неуплату.

Типология должников

— Должник никогда не действует в одиночку — твердо убежден Роберт Женский, судебный пристав из Липно, который успешно заканчивает 60 процентов дел по взысканию просроченных алиментов. Усредненный норматив по Польше составляет 20 процентов: худший результат в странах Европы. — Я называю явление это "организованной группой поддержки должников". Это и наниматель, который незаконно нанимает должника, и семья, которая помогает спрятать имущество, и коллеги. В ходе опросов многие скажут, что вы должны платить за собственного ребенка. Но когда ситуация касается родного человека, они прячут плательщика.

Судебный пристав Женский за 13 лет практики разработал типологию должников по алиментам. Первая группа — это Питер Пэн. — Самые бесчисленные. до 40. они приходят ко мне с собственной матерью. И эта мама клевещет на бывшую жену: "Она спала со всеми! Нам необходимо сделать тест ДНК!". Мужчины в данной группе не доросли до отцовства.

Второй тип по Дамски — Смурф Неловкий. Он садится в собственном кабинете и начинает горевать, иногда даже вопить. Что он любит детей, он даст им все, может быть, судебный пристав сможет найти ему работу. И вы можете беспокоиться, если только рыдания не считаются способом спрятать доходы.

Третий тип, все более многочисленный — Синдбад-мореход. Это те, кто уезжает за границу, оставляя евросирот в Польше. — Я прихожу к ним домой, проверяю, не появились ли они в стране. Я навещаю собственную семью. В декабре у меня был должник, который взыскал задолженность на Западе и погасил ее. Мой папа погнался за ним: "Сделайте что-нибудь, судебный пристав идет". Иногда нужно как правило мириться с визитами. Я ищу по дому, чем бы заняться. Я слышу: "Можешь не спешить". Чаще: "Я не могу заплатить за собственного бывшего". Либо даже: "Исключительно для детей"..

Женский угодник думает. — Я меньше всего люблю последний тип: лукавый Лис — он говорит. — Он знает, как сделать себя так, чтобы не испытывать недостатка ни в чем. Он знает правила, знает, что сделать, во избежание судебного преследования. Он договорится с собственным работодателем, чтобы тот нанял его на черном рынке. Он собирается перевести собственные активы. У него нет машины. Я говорю: "Чем вы зарабатываете на жизнь?". "Ничего". Признаюсь, я получаю удовлетворение, когда ловлю.

Юридическим оружием в борьбе за алименты считается статья 209 УК. Она несовершенна, поскольку устанавливает два условия, без которых нельзя привлечь должника к ответственности. Первый — это упорство. Практика работы судебных приставов показывает, что сознательные должники приходят в офис раз в полгода, чтобы заплатить даже 20 злотых — и нет никакого упорства. Другое условие более извращенное: предполагается, что неуплата подвергает ребенка "невозможности удовлетворения главных жизненных потребностей".

— Мои дети не подвержены риску, так как у меня есть стабильная работа, — говорит Катажина Татар. — Мы делаем все что можно, чтобы они ни в чем не испытывали недостатка. Если мать начинала морить детей голодом, суд наказывал должника. Когда мать зарабатывает деньги, кормит детей, приобретает одежду и обеспечивает их безопасность, должник остается безнаказанным. Закон должен быть изменен, — сердится женщина.

И кто за кого платит?

Экспертная группа по алиментам провела расследование: в 2015 году в прокуратуру поступило более 50 000. дела по статье 209. Практически 30 000 из них были прекращены или отказались от уголовного преследования. В конце 2016 г. в тюрьме содержалось 2714 осужденных за правонарушение, которое связано с неуплатой алиментов.

— Я никогда не выступал за то, чтобы должников сажали в тюрьму — говорит Роберт Дамски. — Стоимость пребывания в тюрьме составляет три тысячи в течении месяца. Помимо того, должник теряет возможность отработать долг, а дети живут с позорным клеймом: "Папа сидит в тюрьме за алименты". В результате получается парадокс: человек, виновный в неуплате алиментов, в качестве наказания попадает в зависимость от государства, что означает всех нас.

Мое предложение — постоянное электронное наблюдение. Браслет, какой стоит 300 злотых в течении месяца, чтобы довести, что вы работаете. Так как теперь я могу попасть в работный дом

— в малых городах все знают, кто кого нанимает. Я могу даже встретиться с должником за его столом для работы. И ничего. Должник скажет: "Я просто зашла выпить кофе". В течение восьми часов. Он приходит повседневно. Я ничего не могу с этим поделать. Наниматель покрывает его, так как, во-первых, он не платит налоги на заработанную плату, выплачиваемую в конвертах. Второе, он помогает "избить мерзкого судебного исполнителя". И третье, "к черту бывшего".

Одна из наиболее особенных проблем с алиментами состоит в том, что они автоматично привязаны к чувствам разрыва. Если предполагается, что деньги пойдут матери ребенка, это прикрепляет идею, что они "на ней". Отцы, выплачивающие алименты, возмущены тем, что с ними "обращаются как с банкоматом". А матери, когда не могут подождать выплат, часто решают: "Я сама запрещу общение с ребенком". — Вы тоже не можете этого сделать. Это нарушение гражданского законодательства. Также, ненужно играть в ребенка, говорит Дамски.

Между тем, систему можно реформировать, чтобы убрать эмоции из уравнения. Отодвиньте горькие обиды между родителями на второй план, а на первый попытайтесь вывести ребенка. Дамски: — Было бы меньше эмоций, если бы алименты выплачивались учреждением, своего рода алиментным банком. Присужденные деньги могут быть выплачены конкретно ей на счёт ребенка. Таким образом, пропадет самый эмоционально сложный контакт между родителями. Помимо того, долг должен быть перед институтом государства, а не перед старой семьей. Это основательное отличие -.

Иным решением, рекомендованным Группой по алиментам РОП и ОПП, считается введение таблиц алиментов. Данная система сделает легче суду определение размера алиментов, поместив его в жёсткие вилки. Эмпирическое правило обычное: чем доход больше и возраст ребенка, тем выше предлагаемая сумма алиментов. Таким образом, вы не сможете вымогать должника: "Так как я буду просить перед судом об увеличении суммы", а сам он не сможет подать в суд об уменьшении суммы, "поскольку она тратит очень много". Данная система — дюссельдорфские столы — хорошо работает в Германии. — Представьте, что вас поймал полицейский за превышение скорости и начал обговаривать: "Машина довольно неплохая, водитель выглядит состоятельным, пускай заплатит втрое больше, чем предыдущий нарушитель". Это создаст чувство несправедливости, говорит Дамски. — И дюссельдорфские таблицы четко определяют правила. Он также ликвидирует плохие эмоции.

Но самое основное — показать, о ком в действительности говорится в данной битве за алименты. Это ребенок. Так как при теперешней системе грабят собственно ребенка. Собственно так видит ситуацию коллектор Дамски, который посещает "группу поддержки должников" и пытается вернуть ребенка в реальность. Он спрашивает бабушку и дедушку: "Как зовут вашего внука?". Он спрашивает родителя: "Когда вы с сыном виделись в последний раз?".

Это важно, так как, когда вы обращаете внимание на ребенка, вы видите болезненный факт. Собственно ребенок платит очень большую цену за невыплаченные алименты.

У долгов длинная тень

В кабинете клиники сидят двое: один из белого персонала, другой из администрации. Они оберегают данные, но хотят рассказать историю. Оба сжимают руки в одинаковом жесте. Оба они улыбаются в самые трудные моменты, словно эта улыбка прибавит им мужества, когда они почувствуют себя самыми слабыми.

Их разделяет одно поколение. У них практически одинаковая история. Так как структура историй об алиментах достаточно трудно меняется со временем. Это история об оставлении. Оба применяют эту фразу: "Папа моего ребенка". "Должник". Только младший иногда скажет: "Мой бывший супруг". Это также история об одиночестве. Они говорят: "Женщине было бы легче, если бы иная сторона проявляла интерес к ее ребенку. брать их на выходные, на получасовую прогулку после школы". "Вы можете организовать собственную жизнь по-другому". И вдобавок есть история про то, как работать не по средствам. Младший говорит: — Когда моему сыну был год и два месяца, я записала его в ясли. Я жил за границами Варшавы: ясли в Белянах, работа в Пясечно. Я уходила с сыном в пять, мы возвращались домой в семь. Я была всегда плохой матерью для нянь: первой приводила ребенка, последней забирала его. В течение многих лет я платила няне. Сегодня мой сын проводит очень много времени один, так как я работаю на 3 работах. Три дня на протяжении недели с 11:00 до 23:00, другие два в обыкновенном режиме. Кроме работы в администрации, чтобы ребенок отправился в поездку, вам также необходимо убирать после работы, иногда в дни отдыха. Она становится в 5:00, когда мой сын еще проводит во сне. Он может рассказать мне: "Мама, ты не любишь меня, так как всегда работаешь". А как объяснить "я работаю на тебя, так как тебе необходима обувь, так как тебе необходима брендовая обувь, а не какие-то 50 zl, так как ты хочешь поехать в отпуск…". Как сказать что-нибудь похожее сыну?

Старший говорит: — Вот как дети платят за невыплаченные алименты. Сначала я работал утром до ночи. Я избрал две работы разбирательству в суде по поводу увеличения алиментов. Это было унизительно — объяснять суду каждую трату на ребенка, отвечать на вопросы о том, можно ли применять намного дешевые детские салфетки. лишая меня достоинства. Меня обязали выплачивать 120 злотых в течении месяца, однако даже эти деньги папа не платил. Как то я пришёл домой после следующий недели работы на протяжении дня, и мама сказала: "Это последняя неделя, когда вы так усердно работали. "Так как кроме рождения ребенка, его необходимо еще и воспитывать". Тогда моя мама начала вкладывать деньги.

Обе женщины говорят о ощущенье стыда, о неудаче, про то, что они не как правило создают семью. и отсутствие надежды на то, что все изменится. Так как история с невыплатой алиментов никогда не связана с самим долгом. Этот долг бросает тень на всю жизнь одинокого опекуна и ребенка.

В гуще закона

Когда супруг Екатерины Татар съехал от нее в сентябре 2012 года, он сказал ей: "Посмотрим, как ты справишься. так как я никогда не дам тебе денег на детей". Сынам В то время было два и семь лет. — И он знал, что у меня есть работа, и я буду ухаживать за ними", — говорит Екатерина. — Правда, у меня есть займы, и это непросто, но дети не пострадают.

Сколько они получили от отца за эти 5 лет — она подсчитала точно. Суд присудил 450 злотых на каждого ребенка. Как то их папа заплатил 450 за 1 раз. Как только он какое то время работал легально, судебный пристав пришёл к нему за заработной платой и взыскал 1500 злотых. Всего немного меньше 2 000 человек. Это в среднем 40 злотых в течении месяца на двоих детей.

Поэтому Катажина Татар подала прошение о принятии мер в отношении должника по алиментам. И вот тут-то и начались проблемы.- Длительное время я не знал, где он живет. И судебный пристав тоже не смог ничего выяснить. Должник снимает квартиру где-нибудь в Варшаве. Полиция написала: "Указанный адрес не существует". Но одновременно работник службы пробации был по этому адресу и проверил помещение, чтобы убедиться, что он может иметь контакт с детьми. Поразительно, но наблюдатель отыскал дом, которого, по словам полиции, не было. Поэтому я обратился к начальнику полиции, они провели расследование, не нашли никаких нарушений. Мой бывший супруг как то сказал мне, что есть у него связи в полиции. Я не знаю, правда ли это.

Поскольку полиция не имела возможности найти должника, я решил помочь им. После того, как он встретился с детьми, я последовал за ним. Я позвонил в полицию. Подъехала патрульная машина. Они выбрали его на улице и отвезли на допрос. После они прекратили дело.

Когда я исчерпал все средства правовой защиты, я обратился в минюст. Они направили меня в Министерство семьи, труда и социальной политики. А Министерство семьи — обратно в минюст. Я чувствовала, что я абсолютно одна. Нечаянно я наткнулась на блог ассоциации "За наших детей" в Эльблаге. И мне стало понятно, что это не только моя проблема. что затрагивает она миллион детей! Это был прорыв.

Сегодня Катажина Татар считается основателем ассоциации "Алименты — не подарок". Они работают в Варшаве, рекомендуют бесплатную юридическую помощь, консультируют матерей-одиночек. Они также полны данных. В феврале этого года был опубликован доклад Группы экспертов по поддержке детей, назначенной омбудсменом Польши и омбудсменом по делам детей. Согласно отчету, долги родителей перед детьми превышают десять миллиардов злотых. До 650 000 судебных приставов-исполнителей потерпели неудачу. — Это значит, что более 600 000 отцов не могут найти работу в течение многих лет. Пожалуй, они живут на воздухе", — иронизирует Катажина Татар. — С другой стороны, у нас есть матери, которые работают, так как они должны содержать собственных детей. Они работают легально и наказаны за это, так как ничего не получают из алиментного фонда.

Почему вы думаете, что они наказаны? Так как находчивость уменьшает вероятность возврата алиментов от государства. для того чтобы платить детям, за которых не платит требуемый родитель, государство создало алиментный фонд. Однако данный фонд платит только самым бедным. При этом применяется признак порога дохода — всего 725 злотых на человека в семье. — Она не поменялась с 2008 года! — Катажина Татар расстроена. — Когда он был введен, его размер составлял 103 процента от минимальной зарплаты, сейчас — около половины. А мать, зарабатывающая 1450 злотых на душу населения, больше не будет получать алименты из фонда.

Самая большая помесячная сумма, которая может быть выплачена фондом, составляет 500 злотых. В множестве случаев он платит меньше, так как 93 процента присужденных алиментов ниже данной суммы. Однако даже из них, если они не выплачиваются годами, скапливается немала сумма.

— Долг перед сыном сейчас составляет 107 000 злотых. У меня нет иллюзий, что ребенок никогда не увидит таких денег, — говорит женщина в кабинете доктора, та самая, которая работает иногда с 6-ти до 23.

Катажина Татар: — Мама должника переводила семейную квартиру на бабушку, чтобы спрятать собственное имущество. В то же время он звонит собственным внукам и говорит им, что любит их. Я адвокат, поэтому я знаю, какие шаги необходимо предпринять для борьбы с. Но большинство женщин теряются в лабиринте правил.

Что она станет делать, если ей получиться вернуть алименты? Женщина на миг умолкает, как бы удивленная подобной возможностью.

После она сказала: — Я бы сначала расплатился с долгами. Это мало, но на оставшиеся деньги я бы купила современную мебель для комнат моих сыновей. Они все еще спят в собственных кроватях. И я бы отправил собственного старшего сына в лагерь. Он действительно думает про это. Сейчас я не могу себе этого позволить. Мой папа не участвует в праздниках, только мои родители. Иногда он приобретает им подарок. Иногда конфеты. Последний раз он видел собственных сыновей полгода назад. Однако он называет. Он говорит, что любит их.

Разрешение не платить

23 процента

опрошенных оправдывают частую смену счетов в банке, во избежание ареста судебными приставами.

28 процентов

28% не раздумывая передали бы имущество родным, чтобы спастись от ссудодателей.

37 процентов

может объяснить нелегальную работу, во избежание удержания зарплаты.

Источник: Бюро экономичной информации (февраль 2016).

Как заставить отчитываться за алименты? Жена тратит алименты на себя/ Семейный юрист Москва

Ликбез по алиментам для мужчин

, , , ,